Жизнь тамплиера согласно уставу ордена

.

На раннем этапе существования ордена, когда число тамплиеров было невелико, рыцари жили по тем же правилам, что и причт церкви Гроба Господня, где они нашли себе пристанище на первых порах. Однако на соборе в Труа, помимо признания их статуса квазимонашеского ордена, тамплиеры получили список из семидесяти девяти правил, которые подробно предписывали, как им надлежит жить. Собрание этих правил было названо уставом.

Первый устав был написан на латыни, однако большинство монахов не могли читать на этом языке. Более того, лишь малая их часть вообще могла читать. Поэтому почти сразу после собора устав перевели на французский. Не успел появиться этот перевод, как в жизни ордена начали возникать проблемы, не находившие разъяснений в первоначальном своде правил, и устав пришлось расширить. Так продолжалось до тех пор, пока — к середине тринадцатого века — он не стал включать в себя почти семьсот наставлении, касающихся всех аспектов жизни [53].
Запомнить все правила не представлялось возможным, да никто и не ожидал этого от рыцарей. Начальники командорств (командоры) имели в своем распоряжении полный перечень наставлений, а большинство рыцарей, сержантов и слуг знали лишь то, что было необходимо для службы и каждодневной жизни.
Многие разделы устава тамплиеров ничем не отличались от уставов других монашеских братств. В обязанности членов ордена входило участвовать в уставных молитвах — заутренях, службах первого часа, службах третьего часа, службах девятого часа, вечерних и ночных богослужениях. Храмовники вкушали трапезу молча, слушая благочестивую молитву. Раз в неделю они сходились на общее собрание, где всем раздавали задания, а провинившимся назначали епитимьи. Монахам надлежало исповедоваться в своих прегрешениях, просить прощения и покорно принимать наказания. Если братья обвиняли монаха в нарушении устава, а тот не признавал своей вины, то обычно учиняли подобие суда. Диапазон прегрешений был весьма широк — от умышленно порванного облачения или оплеухи брату-тамплиеру до посещения борделя и перехода в ислам. Соответственно и наказания варьировались от неурочных постных дней и приема пищи на полу в отдельной келье до исключения из ордена.
Тамплиеры не имели права владеть каким-либо личным имуществом и могли носить при себе только ту сумму денег, которая была необходима для поездок и иных действий, совершаемых по заданию ордена. Если после смерти тамплиера у него находили припрятанное золото или серебро, «его не хоронили на кладбище, а выбрасывали собакам». Если же тайник обнаруживали при жизни тамплиера, его немедленно изгоняли из ордена.
Только «истинные» рыцари, то есть люди благородного происхождения, ставшие пожизненными членами ордена, могли носить белые плащи. У сержантов, слуг и рыцарей, которые вступили в орден на ограниченный период, плащи были либо черные, либо коричневые. Из-за жаркого климата Восточного Средиземноморья храмовникам дозволялось от Пасхи до Дня всех святых (1 ноября) носить полотняные рубахи. Кроме того, в отличие от других монахов, члены ордена могли трижды в неделю есть мясо, но не в пятницу, когда они получали «постное мясо» — рыбу или яйца.
Особое внимание уделялось вооружению тамплиеров. Каждому рыцарю надлежало иметь трех лошадей и одного оруженосца, который за ними ухаживал. Если оруженосец не получал платы, то рыцарь не имел права его бить, какие бы оплошности тот ни совершал. Рыцари должны были лично проверять состояние своих лошадей и вооружения не менее двух раз в день.
Все это, разумеется, выполнялось в те периоды, когда рыцари находились в командорстве, то есть в месте постоянного пребывания. Однако значительное время тамплиеры жили походной жизнью. К преступлениям, за которые следовало немедленное изгнание из ордена, относились бегство с поля боя или утрата знамени. Здесь правила для рыцарей и иных воинов различались. Если простой воин или слуга потерял оружие, ему дозволялось отступить без позора. Однако устав гласил, что рыцарь, «вооруженный или безоружный, не должен покидать свое знамя, но обязан оставаться при нем, даже будучи раненным, пока не получит дозволения».
И тамплиеры жили согласно этим правилам. Они первыми шли в сражение и последними отступали. Сколько бы укоров ни прозвучало в их адрес за многие годы, никто не поставил под сомнение храбрость рыцарей Храма. Число тамплиеров, павших в боях, было огромным.
Возможно, это обстоятельство и привело к тому, что в устав было введено изменение. Латинская версия устава запрещала вступать в орден мужчинам, отлученным от церкви. Но во французском варианте устава говорилось, что если преступление было невелико и за него провинившемуся всего лишь воспрещалось слушать обедню, то с разрешения командора он может быть прощен. Вступление в орден могло быть и мерой наказания за убийство. В этом смысле орден напоминает средневековый вариант иностранного легиона.
Еще одно отличие тамплиеров от большинства других монашеских братств состояло в том, что испытательный срок для новобранцев ордена был очень коротким. Срок между подачей прошения и приемом кандидата в члены ордена первоначально зависел от воли начальника командорства или магистра и других братьев. Но на каком-то этапе испытательный период вообще исчез. Скорее всего, это произошло из-за острой нехватки воинов на Востоке. Для проверки понимания новобранцами целей ордена и их способности жить по его уставу просто не оставалось времени.
Это означало, что для многих храмовников единственным руководством оказывался перечень правил, которые им зачитывали при приеме в члены ордена. На различных судах над тамплиерами, состоявшихся в начале четырнадцатого века, важную роль сыграло то обстоятельство, что каждый человек проходил свою, несколько отличную от другого, процедуру вступления в орден. Возможно, конечно, что какой-нибудь тамплиер или даже удаленное командорство в полном составе не выполняли или не знали всех правил устава. Но как бы то ни было, о существовании устава знали все, и новобранцы в том числе, — во многих командорствах он был одной из тех книг, что читали вслух во время трапез. Таким образом, со временем храмовники приобщались к общим правилам поведения.
Братья, умевшие читать, получали устав для тщательного изучения. А потому, если какой-нибудь начальник просил тамплиера сделать нечто идущее вразрез с благочестием, тамплиер неминуемо понимал, что просьба эта носит неофициальный характер. Двумя преступлениями, которые влекли за собой немедленное изгнание из ордена, были ересь и мужеложество, и тем не менее наиболее тяжкие обвинения, выдвинутые против тамплиеров в 1307 году, касались именно этих грехов.
Подробнее об этом будет идти речь в других разделах книги, но здесь нам важно отметить, что устав тамплиеров категорически запрещал указанные деяния, наряду с убийством лошади или оставлением знамени. Так неужели весь орден мог пойти наперекор этим основополагающим предписаниям? Возможно ли, чтобы подобное вершилось тамплиерами год за годом, рыцари Храма ездили по всей Европе и никто не распознал в них скрытых еретиков? О жизни рыцарей хорошо знали их сержанты и слуги, многие из которых не состояли членами ордена, а были просто наняты за определенную плату.
В тогдашнем обществе человек мог избежать вмешательства в свою жизнь и насладиться уединением, только став отшельником и живя в пустыне (впрочем, и это не всегда удавалось). Если бы устав тамплиеров оказался столь грубо нарушен, кто-нибудь непременно обнаружил бы это и сделал всеобщим достоянием намного раньше того дня, когда Филипп Красивыйрешил выдвинуть против ордена свои обвинения.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.